«АРМЯНСКАЯ КУЛЬТУРА — УНИКАЛЬНЫЙ МИР, КОТОРЫЙ ХОЧЕТСЯ ПОЗНАТЬ», –

«АРМЯНСКАЯ КУЛЬТУРА — УНИКАЛЬНЫЙ МИР, КОТОРЫЙ ХОЧЕТСЯ ПОЗНАТЬ», –

заявил в интервью «ГА» правнук выдающегося зодчего Каро Алабяна Дмитрий АЛАБЯН

К 125-летнему юбилею выдающегося архитектора и общественного деятеля Каро Семеновича Алабяна недавно в издательстве «ВМВ-принт» вышла в свет книга «Каро Алабян. Власть факта». Авторы — российский журналист, писатель, ведущий научный сотрудник Института политических и социальных исследований Валерия Олюнина и архитектор, журналист, художник Павел Джангиров. Свой вклад в издание книги внес и правнук Каро Семеновича — Дмитрий Алабян.

— Дмитрий, потомки Каро Алабяна архитекторами не стали, в том числе и вы. Расскажи о себе

— Мне 26 лет, родился в Москве, вырос и большую часть школьного и даже университетского времени провел на Новинском бульваре, в квартире Алабяна и Целиковской, а также на даче Целиковской по Минскому шоссе. Сейчас живу в Вене. Переехал в 2016 -ом году, оставив учебу в Москве на IV курсе . Окончил бакалавриат в Венском Университете, работаю в ИТ сфере, занимаюсь управлением проектами и организационной архитектурой.

— Ты наверняка знаком с творчеством твоего замечательно прадеда…

— С творчеством и наследием семьи я познакомился, конечно же, с детства, рос в этой обстановке. И квартира, и дача, и круг Алабянов — все хранит в себе историю и наследие. В детстве меня это волновало меньше, осознание ценности своей родословной приходит не сразу. Позже многое я узнал благодаря окружению семьи, где тогда еще было много артистов театра Вахтангова и театра на Таганке. Долго жила замечательная традиция — встречи в дни рождения Целиковской и Алабяна, а также в даты смерти. Но со временем и это стало затухать — никто не молодеет, подобные мероприятия даются все тяжелее. Все на свете заканчивается.

Мой интерес к линии Алабяна возник прежде всего благодаря маме. После развода родителей я не общался с отцом. Но мама была очень внимательна к истории семьи Алабян, от нее я стал узнавать новые подробности. В целом именно с ее стороны такие понятия, как семья, история, общение с родственниками, стали для меня ключевыми ценностями.

— Какую конкретно лепту ты внес в издание книги о Каро Алабяне?

— Вклад не так велик, но мне все же приятно быть частью этой работы, хоть и в малой степени. Знакомство с Олюниной и Джангировым произошло крайне неожиданно, и именно оно подтолкнуло меня искать людей, интересующихся нашей семьей, учиться, узнавать новое, самому вникать в семейную хронику.

На мой взгляд, насколько помнится, папина половина всегда держалась особняком от родственников, не особо стремясь к связям. Всегда были мы, наша маленькая семья, и все. Опять же по молодости я не придавал этому значения. Но, повзрослев, наладив отношения с мамой, я увидел другой мир, в котором много родственников, где общаются, встречаются, делятся наболевшим. Где понятие семьи не ограничивалось двумя-тремя кровно связанными коленами.

Некоторые люди просто более закрыты, некоторым комфортнее в узком семейном кругу, причин может быть много. Факт оставался: дальше непосредственной семьи из отца, бабушки и дедушки по линии Алабяна я никого не встречал. Но очень надеюсь это со временем исправить.

 Я решил найти больше людей, восстановить и расширить общение с родственниками своими силами. И так судьбоносно сложилось, что со мной на связь вышел Акоп Периканян с вопросом для книги, которую он писал про род Мелик-Мнацакановых. И как оказалось, дядя Каро Семеновича был женат на представительнице рода, Нине, дочери одного из самых богатых людей Елизаветполя того времени, Теймур-бека. Увы, помочь самостоятельно информацией я не мог — семейные архивы в основном находятся в Бахрушинском музее или переданы в Ереван.   

Но эта нехватка знаний тем более меня подстегнула, уже я стал расспрашивать Акопа об известном ему, узнал о проекте Валерии Олюниной и Павла Джангирова. Поддержал издание я уже скорее на финальном этапе, когда возникли трудности с организацией печати и тиража в целом. Учитывая мировые события сейчас, Армения сталкивается с определенными трудностями, в том числе и в издательской сфере. Опять же, пусть это и не вклад с точки зрения документов, архивов — но все же то, что в моих силах. Надеюсь, что помощь Павлу и Валерии, в первую очередь, была важна для меня самого, хотелось начать с чего-то, быть причастным.

— Дмитрий, в тебе течет армянская кровь. Знакомишься ли ты с историей нашего народа?

— Сейчас свой жизненный этап я воспринимаю как первые, пусть осторожные и неуверенные, шаги к воссоединению с отечественной историей. Как я уже сказал, особой общительностью родня cо стороны папы не отличается. К примеру, от мамы же знаю, что у нас есть родственники в Венесуэле, они даже выходили на контакт в моем раннем детстве — но, к сожалению, на том и закончилось. А ведь сколько еще Алабянов можно найти по миру!..

Такая брешь в семейных связях — и грустная для меня ситуация, и в то же время — возможность самостоятельно восстановить контакты и поддерживать их. Начать я решил с погружения в историю своих корней и культуры, чтобы пройти этот путь самостоятельно и в дальнейшем с гордостью и обоснованно идентифицировать себя как армянин. Конечно же, фамилия и семейная история дают это с рождения в некоторой степени, но ведь нужно также прилагать усилия, тогда уже и сам что-то привнесешь.

В семье армянский язык не практиковался. Родные предпринимали попытки связать меня с педагогами по армянскому еще до отъезда в Австрию, но по молодости во мне преобладали карьерные амбиции. Сейчас я прихожу к этому самостоятельно, осознанно, главным мотивом жизни стало накопление знаний, в том числе и знаний о неотъемлемой части меня — Армении и армянском народе.

Дело оказалось непростым Только несколько недель ушли на привыкание к алфавиту. Но, спасибо моему чудесному педагогу. Cейчас у меня уже формируется словарный запас, понемногу удается осиливать простые тексты.

То же и с историей Армении. Глобально — это что-то совершенно новое, неизведанное. Однако тем и интересно: что-то настолько крупное и древнее, как армянская культура — целый новый мир для меня, в него хочется вникать и вникать. И это, правда, будоражит, когда задумываешься, что и сам являешься частицей этого мира.

Один из моих ближайших друзей — Илья Борецкий, сын ныне покойного кинорежиссера Олега Борецкого. Нас роднят как привитые с детства семейные ценности и уважение к своему наследию, так и схожие жизненные истории и опыт. А интерес к таким вещам, как изучение корней, сохранение и преумножение былой культуры у него возник чуть раньше. И как и мамина семья, так и он в большей степени, поддерживают меня в моих начинаниях.

— Планируешь ли ты посетить Армению?

— Естественно, поездка в Армению — значимый и планируемый момент в жизни. Прежде этот вопрос как-то не возникал. Зато сейчас я уже сам принимаю решения, так что все в моих руках. Мне хотелось бы приехать на историческую родину более подготовленным в смысле знания языка и культуры. В конце концов, сам я в Армении никого не знаю, а отправляться в такой путь к корням — хочется, конечно, не в одиночку, не чужим среди своих. Хочется сделать все правильно, в лучшем виде, от этого знакомство затягивается. Но бесконечно за учебниками тоже не просидишь — думаю, что в обозримом будущем я переступлю и этот порог.

https://www.golosarmenii.am/article/156502/armyanskaya-kultura—unikalnyj-mir—kotoryj-xochetsya-poznat—–

Оцените статью
Институт Черноморско-Каспийского региона им. В.Б. Арцруни (ИЧКР им. В.Б. Арцруни)